Переходя к другим парам, вы
говорите: вот влюбленные, но они еще не признались друг другу в своих чувствах;
а эти недавно объяснились; а эти незнакомы друг с другом, но ему ужасно
хочется с ней заговорить и т.д. и т.п.
Причем все эти свои выводы вы
будете делать на основании самых незначительных признаков.
Вспомним знаменитый афоризм
художника Брюллова об огромном значении в искусстве принципа «чуть-чуть»:
«чуть-чуть» светлее или «чуть-чуть» темнее, «чуть-чуть» выше или «чуть-чуть»
ниже, «чуть-чуть» больше или «чуть-чуть» меньше, а разница во впечатлении
огромная.
Это, разумеется, относится и к
актерскому искусству. Поэтому с самого начала необходимо воспитывать в
учащихся любовь к этому «чуть-чуть» и связанное с этим чувство меры. Достигнуть
наибольшего результата при помощи самых, минимальных средств — этот принцип
следует внедрять в сознание и практику учащихся с первых же шагов их творческой
учебы. Упражнения на перемену отношений являются для этого превосходным
поводом.
Переходим к рассмотрению
упражнений на оценку факта.
Эти упражнения имеют своей
основной задачей развитие в учащихся способности заранее известное принимать на
сцене как неожиданное.
Начать работу над циклом этих
упражнений очень удобно со следующих этюдов.
Исполнитель приглашается на
сцену, ему в руки дается книга и предлагается читать, но с определенной
предпосылкой: увлекательная книга, скучная, юмористическая, трогательная и
т.п.
Для того чтобы хорошо
выполнить такое упражнение, ученик должен, во-первых, на самом деле,
по-настоящему читать то, что реально написано в данной книге, и, во-вторых,
превращать прочитанное в нечто такое, что способно вызвать заданное отношение.
Для этого он сам должен создавать для себя всякого рода неожиданности (то
ошеломляющие, то смешные, то трогательные и т.п.) и тут же соответствующим
образом их принимать.
Эти упражнения требуют очень
деятельной и подвижной фантазии, большой наивности, способности мгновенно принимать
решения и немедленно их осуществлять. К этим упражнениям следует подходить с
фантазией, уже до известной степени натренированной, способной легко и быстро
оправдывать любое задание.
После этих упражнений можно
перейти к этюдам, построенным на основе хотя и очень простого, но достаточно
определенного сюжета, непременно заключающего в себе какую-нибудь существенную
неожиданность. Например:
а) придя домой, человек нашел
на своем письменном столе очень радостную или, наоборот, очень неприятную
телеграмму;
б) из случайно услышанного
разговора в соседней комнате неожиданно узнал, что человек, которого считал
другом, на самом деле является врагом (и наоборот);
в) раскрыл бумажник, чтобы
расплатиться, и обнаружил, что деньги пропали;
г) сел за стол, чтобы
закончить чертеж, над которым очень долго работал, и нечаянно опрокинул на него
флакон с тушью;
д) раскрыл газету и неожиданно
прочитал о полученной правительственной награде и т.п.
Нечего и говорить, что любое
из таких упражнений может быть хорошо выполнено только в том случае, если
исполнитель, прежде чем выходить на сцену, очень тщательно и подробно оправдает
все условия этюда.
Поэтому выгодно такие этюды
задавать сразу трем—четырем исполнителям: пока один из них делает этюд, другие
готовятся.
Понятно, что самое трудное и в
то же время самое интересное в этих этюдах то мгновение, когда на исполнителя
воздействует «неожиданность».
Что следует делать, чтобы эта
секунда мгновенного напряжения всего существа человека была бы максимально
живой и органичной?
Для этого существует два
правила.
Первое: еще до выхода на сцену
так построить все оправдания, чтобы, вместе взятые, они разжигали,
воспламеняли артистическую веру исполнителя в то условие этюда, которым обусловлена
сила эмоциональной оценки данной неожиданности. Например, для того чтобы с
большой эмоциональной силой оценить гибель чертежа, залитого тушью, нужно при
помощи ряда оправданий сделать этот чертеж очень важным для себя, очень нужным
и дорогим. Если актер в это условие поверит, он в своей эмоциональной оценке
может дойти до настоящего отчаяния.
|
|
