Это и есть три основных вида пластической реакции
человека при восприятии факта.
Могут ли они быть штампованными? Конечно. Если каждая
из них изливается в мертвую форму, отпечатавшуюся в пластике актера в
результате прежнего опыта. Или такая форма навязывается ему режиссером. Если же
в каждом конкретном случае это реакции подлинные, каждая из них может иметь
бесконечное число самых разнообразных обличий.
Вглядимся последовательно в каждую из разновидностей.
7.
Отказ — самый распространенный из трех видов реакции при
восприятии факта, сколько-нибудь значительного.
Почему?
Видно, это идет от защитной реакции организма при
восприятии всякой неожиданности. Человеческое сознание не может сразу взвесить
всю степень внезапно возникшей опасности, заключенной в самом факте информации,
и — как результат — человек невольно отступает от объекта раздражения. Сработала
охранительно-защитная реакция подсознания.
Другой случай отказной реакции — это всякое пластическое «нет» в ответ на импульс
воздействия.
— Пойдем со мной!
Вместо ответа — движение от партнера.
Третий распространенный случай отказного движения —
это замах перед ударом (как психологическим, так и физическим).
Это явление тоже коренится в самой нашей природе.
Прежде чем выдать заряд энергии, организм соразмеряет свои силы.
«Сейчас как дам!..»— замах внутренний.
«Иии — раз!»— «за такт»— замах физический.
Как показывает Л. В. Варпаховский, принцип отказного
движения был открыт еще в XVIII веке немецким педагогом Ф. Лангом: «Если
актер, будучи на сцене, хочет передвинуться с одного места на другое, то он
сделает это нелепо, если не отведет сначала несколько назад ту ногу, которая
стояла впереди». Варпаховский подробно исследует расширение понятия отказа,
разработанное Мейерхольдом и Эйзенштейном от ланговского шага до всякого
усиления эффекта при помощи предварительного контраста: «Когда однажды спросили
Всеволода Эмильевича, что такое «отказ», он ответил очень коротко: «...для
того, чтобы выстрелить из лука, надо натянуть тетиву». Потом, подумав немного,
начал долго с увлечением рассказывать, как надо играть последнюю сцену в
«Отелло». Прежде чем задушить Дездемону, актер должен сыграть сцену безграничной
любви к ней. Только тогда финал спектакля достигнет полного трагедийного
взлета».[8]
Здесь уже обязательное для всякого отказа подтекстовое
«нет!», можно сказать, отдается зрителю. То есть понятие отказа
распространяется и на психологию восприятия. Ибо кто, как не зритель, должен
произнести это коварное «нет!»: Нет, он
ее не задушит!
Так или иначе, из широкого круга расшифровок термина отказ режиссеру дано выбрать те, которые
ближе его практике. Но игнорировать этот самой природой данный нам импульс —
вряд ли есть основания.
8.
Теперь обратимся к тому, что противостоит понятию
отказного движения. Если отказ есть пластическое «нет!», то легко догадаться,
что будет пластическое «да!».
Театральная практика не выработала наименования этой
реакции. И нет, к сожалению, для нее более точного определения, чем
устремление. В некоторых случаях может подойти более короткое слово выпад, но
лишь тогда, когда искомый характер движения рывкообразен и сродни выпаду фехтовальному.
Чаще всего мгновенное «да!» есть, по существу, реакция
хищника.
Сравним прыжок кошки на внезапно упавшую птицу или
бросок чайки на воду с реакцией коровы или лошади на появление пищи. Человека
флегматичного справедливо будет уподобить травоядному, тогда как жизненно
активного человека — в невульгарном значении слова — хищнику. В самом деле, что
есть так называемая хорошая физическая реакция? Например, спортсмена на мяч?
Не что иное, как способность хищного зверя переступить через предполагаемое
торможение: «Как! Мяч летит мимо меня...»
Что есть хорошая психологическая реакция? Например,
умение раньше других сказать: «Я решаюсь!» По существу то же самое.
Осознанное устремление предполагает готовность.
Неосознанное - непосредственность. Это еще один случай
реакции устремления.
|
|
|