Если потребность является обязательным условием появления
эмоции и любая потребность вызывает ее в случаях дефицита или прироста
информации о возможностях ее удовлетворения, то это должно
относиться и к потребности парадоксальной - к воле. Действительно,
само по себе преодоление препятствий вызывает некоторое, специфическое спортивное удовольствие.
«Когда физическое усилие приводит к успеху, это всегда порождает чувство
удовлетворения», отметил Стефан Цвейг (302, стр.290).
Воля
как потребность в препятствиях едва ли когда-либо вполне
осознается в этом ее качестве. Если ощущается она как
удовольствие от преодоления препятствий, то осознается чаще
всего в планах, проектах и представлениях о путях и способах
их преодоления. Поэтому она выступает как сила разумная и этим
отличается от того, что называют «страстью», которую можно понимать
как потребность, достигшую чрезвычайной силы и остроты. Страсть, в сущности,
противостоит разуму, так как мешает ему; подгоняемая эмоцией, она
не терпит промедлений, а мышление требует времени. Поэтому, как
утверждает тот же Стефан Цвейг, «о силе страсти всегда "судят по
совершаемым во имя ее безрассудствам» (302, стр.144). «Страсть
глупа и слепа от рождения», - сказал О. Бальза (21, стр.571).
Это,
впрочем, не исключает справедливости приведенных выше суждений Ф.М.
Достоевского и Т. Манна, как и следующих слов А.Н. Радищева: «Но не
возомните в восторге рассудка, что можете сокрушить корени, страстей, что
нужно" быть совсем бесстрастну. Корень страстей благ и основан
на нашей чувствительности самою природою» (225, стр.73).
Наибольших результатов достигает, как известно, объединение
воли со страстью - дополняя друг друга, они обеспечивают
стремительность в точности и разумность в порыве.
В трансформации потребностей эмоция и воля участвуют как
силы, либо дополняющие одна другую, либо конкурирующие. Обе служат отбору и
фиксации целей, наиболее отвечающих целостной структуре потребностей субъекта и
их удовлетворению в данной внешней среде.
Антиподом воли является лень. Она - потребность избегать препятствий и
ограничиваться минимальными затратами усилий в процессе достижения
целей. Лень побуждает во всех случаях предпочитать легкие пути, экономить силы и
вовсе отказываться
от целей трудных и отделенных. Благодаря воле круг трансформирующихся
потребностей расширяется, их число множится; лень, наоборот,
круг их сокращает и число уменьшает, позволяя в трансформациях обслуживать только потребности,
наиболее существенные для субъекта в данное время.
Подобно воле, лень существует только как спутник при каких-то
других потребностях. При этом бывает так, что человек весьма ленив в
каких-то одних делах, но его лень совершенно не проявляется в
других. Значит и в лени с негативной стороны обнаруживается степень заинтересованности -то есть
сила, острота потребности.
Впрочем,
к лени как к экономии сил нам еще предстоит вернуться.
Удовлетворение потребностей
Изложенные схематически представления о назначении психических процессов в
обслуживании потребностей человека, в значительной мере
предположительные, тем не менее подводят к весьма обязывающим выводам.
Выводы эти противоречивы.
Реально
существующих, в том числе осознаваемых, потребностей у человека может
быть бесчисленное множество, к тому же они находятся в постоянной трансформации,
изменяясь в зависимости от времени и места их функционирования.
Действительно, какими только мотивами и потребностями ни
руководствуются люди в своих поступках, и в каких только
формах, в зависимости от обстоятельств, ни выступают даже,
казалось бы, самые элементарные и всеобщие человеческие
потребности.
Но, с другой стороны, если потребности первичны в живом
организме, если они растут и развиваются вместе с организмом
и в сущности своей от него не отделимы, то создать отсутствующую потребность у
живого существа категорически невозможно, а ликвидировать существующую можно,
только физически
изменив строение его организма.
|
|
