Так, изучение драмы ведет к изучению автора и толкова­ние творений автора - к толкованию данного его произведе­ния. Эти изучение и толкование, осуществляемые режиссером в стремлении найти родственное себе самому, наиболее инте­ресующее его самого, ведут к проблеме происхождения моти­вировок. Откуда они - «одна основная идея», «главная тема», «лейтмотив», «сверх-сверхзадача» -- у персонажа пьесы, у ее автора, у режиссера?

Надо полагать, что выяснение общих закономерностей их происхождения поможет ориентироваться в их бесконечном множестве и разнообразии, в некоторой степени предохранит от опасностей и облегчит преодоление трудностей толкования, перечисленных выше, которые постоянно дают о себе знать то в режиссуре, избегающей толкований, то в толкованиях, иска­жающих толкуемое. Ведь без выяснения этих закономерностей все и всяческие суждения о мотивировках обречены, в сущно­сти, оставаться вольными предположениями сомнительной достоверности.

Поэтому целесообразно на время покинуть режиссуру и искусство вообще и обратиться к окружающей реальной дей­ствительности, а также к некоторым достижениям современной науки, поскольку она касается того, что в искусстве театра именуется «жизнью человеческого духа».

Одно наблюдение, касающееся драматургии и театра, мо­жет служить удобным переходом и поводом для этого обра­щения к области внехудожественной.

Три триады

Давно известно, что в комедии герои хлопочут из-за пус­тяков, а в трагедии они озабочены проблемами общечелове­ческими и вечными. В основе деления драматургии на коме­дию, драму и трагедию можно видеть степень серьезности, значительности предмета, вызвавшего конфликт и его разви­тие в сюжете. Предмет этот и его серьезность или несерьез­ность, легкость обнаруживаются в высказываниях действую­щих лиц, по словесному составу которых мы, читатели или зрители, и узнаем, что перед нами: комедия, драма или траге­дия. Причем, разумеется, классификация эта условна и при­близительна: комедии, драмы и трагедии весьма разнообраз­ны, многие пьесы лишь с оговорками могут быть отнесены к одному из этих трех жанров, а некоторые вообще в эту клас­сификацию не войдут. Все это так.

Тем не менее, существование трех основных видов или ти­пов пьес не подлежит сомнению, и вековая традиция различе­ния жанров не могла возникнуть без достаточных на то осно­ваний.

Но «серьезность» и «несерьезность» предмета борьбы -основание, само нуждающееся в обоснованиях. В комедии тем больше юмора, чем серьезнее смотрят на предмет конфликта действующие лица; события драмы останутся драматическими, а могут быть даже и трагическими, независимо от того, по­нимают ли ее герои свое истинное положение.

«Серьезность» или «несерьезность» предмета не для персо­нажей пьесы, а для читателей и зрителей, как его значимость для них, представляются основанием более убедительным. Но, принимая его, естественно поставить вопрос о причинах зна­чимости тех или других предметов. Почему одно значительно, серьезно, а другое - смешно, несерьезно? Речь ведь идет не о реальных событиях, а всего лишь об их изображении.

Поэт О.Э. Мандельштам был смешлив и, по воспоминани­ям знавших его, утверждал, что «все смешно»; люди, лишен­ные юмора, смешного не видят, а унылые пессимисты все воспринимают трагически.

Следовательно, «значимость» есть следствие оценки явле­ния человеком, а он оценивает явления так или иначе в зави­симости от присущего ему характера и от своих нужд. Если же значимо то, что нужно, и тем более значимо, чем нужнее, то мы опять приходим к мотивам и интересам людей. Их характеры определяются нуждами и в них проявляются. Од­ним нужно одно, другим - другое; существует нужное всем без исключения; среди нужного всем есть нужное в разных степенях; существует и то, что нужно немногим, и то, что некоторым кажется, будто нужно; другие видят, что оно вовсе не нужно. Бывает и наоборот - человек думает, что ему не нужно то, что в действительности необходимо и без чего он погибает.

В III в. до н.э. Эпикур предложил любопытную классифи­кацию нужд человека. Все их необозримое множество он счи­тал возможным разделить на три группы: 1) естественные и необходимые (например, пища); 2) естественные, но не необ­ходимые (например, половое желание); и 3) не естественное и не необходимое (например, честолюбие, слава). Эта остроум­ная классификация представляется действительно всеобъемлю­щей и стройной. Но факт бесспорного существования нужд третьей группы как раз и свидетельствует красноречиво о неизученности природы этих нужд -- их происхождения, на­значения и роли.

Актеры

Режиссеры

Композиторы