Аплодисменты есть критика, в которой нет ничего, кроме солидарности с залом в одобрении; один из зрителей, начавший аплодировать при полной тишине зала, вызывает недо­умение. Но даже в аплодисментах налицо и адресат, и объект, и субъект.

От выражений восторга и негодования бывает трудно удержать себя, и они бросаются без адреса и без обоснований - в пространство. Такова же бывает и критика за чайным столом, в кругу друзей и единомышленников. Но критическую статью с необоснованными суждениями редакция не примет. Впрочем, обоснования могут быть найдены достаточными или недостаточными в зависимости от того, нравится ли редакции суждение критика. Редактор «правит» автора-критика. Но есть критики, которые диктуют, а есть - которым диктуют. Да и редактор не свободен - редактируемое им должно отвечать интересам того, от кого он сам зависим. Со всеми тремя «структурными основами» критики ему приходится иметь де­ло. С каждой он практически считается более или менее.

Любой из трех факторов может больше или меньше ска­зываться на суждении в целом, и какой-то один обычно игра­ет большую роль, чем остальные, а место, занимаемое тем или другим, определяется целью - зачем данное суждение выражается и вследствие каких интересов критикующего оно у него возникло.

Если суждение адресуется критикуемому, то два фактора из трех почти сливаются. Наставления, советы, уроки, внуше­ния, выговоры, комплименты, писанные или устные, могут служить тому примерами. Но и в этих случаях нет отождеств­ления или полного слияния «объекта» и «адресата». Адресату предлагается со стороны посмотреть на продукт своего труда, свой поступок, собственное поведение. По преобладанию того или другого фактора можно определять принадлежность кри­тики к тому или иному ее роду или разновидности. Чем больше преобладание, тем соответственно яснее и эта принад­лежность. Если же один из факторов настолько поглотит ос­тальные, что их роль делается совершенно незаметной, то суж­дение выходит из области критики. Таковы упомянутые апло­дисменты - «критикой» их обычно не называют.

Рассортировать все критические работы на такие три рода не только трудно, но, я полагаю, невозможно. Преобладание объекта, субъекта или адресата бывает едва заметным - нео­сознанным и непреднамеренным. Оно касается, в сущности и главным образом, тенденций в критике. А как только делает­ся очевидной принадлежность критического суждения к одно­му из этих трех родов, так обнаруживается и его односторонность.

Технологическая критика. Объект

Технологической критикой можно назвать такую, в которой все, что связано с личностью субъекта, сведено к минимуму, и которая стремится бесстрастно адресоваться к безличному специалисту-профессионалу. Вся такая критика - констатация состава, свойств, качеств рассматриваемого объекта. В пределе таковы акты экспертизы, диагнозы. Авторитетная комиссия экс­пертов для того и составляется, чтобы максимально предохра­нить суждение от субъективного фактора. Но если акт экс­пертизы или диагноз очевидно выходят за пределы критики, то разного рода жюри смотров и конкурсов формируются как раз из критиков-специалистов с той же целью: обеспечить об' ак­тивность и сократить, ограничить субъективность суждени ,

Совершенно исключить субъективность из суждения, очевид­но, невозможно. Но в идеале технологической критики субъек­тивность эта фигурирует только в качестве профессиональной квалификации. Уровень квалификации, знаний определяет цен­ность (значимость, продуктивность) такой критики, а приспосаб­ливание ее к адресату-неспециалисту (тем более - профану) цен­ность ее снижает. Поэтому появление популярности или стрем­ление к ней в технологической критике противоречит ее спе­цифике.

Она сосредоточена на объекте как таковом, и чем глубже в него проникает, чем больше поглощена им, тем меньше влияет на нее все, что в состав объекта не входит, и прежде всего - личные качества субъекта и адресата.

Такую сосредоточенность на объекте можно понимать бо­лее или менее широко, поскольку любой объект связан с ок­ружающей его средой. Поэтому «технологическая» критика де­лается все менее технологической по мере расширения круга рассматриваемых ею связей объекта. Критика эта превращает­ся, в сущности, в науку или искусствоведение той или иной его отрасли, когда переключается целиком или преимущественно на связи объекта с обстоятельствами (например, исторически­ми), вследствие которых он возник в данном его качестве.

Актеры

Режиссеры

Композиторы