А.Ф.
Кони говорил: «В практической жизни общие положения, принципы нравственности осуществляются в правовых нормах; эти нормы выражаются законом,
который путем отрицательным,
путем определения, чего нельзя делать, указывает границы, за пределами которых начинается область безнравственности» (133, стр.187). Далее
можно сказать; общие положения, принципы - идеальны; нормы, законы - социальны. Но социальные потребности
всегда конкретизируются в деле либо «для
себя», либо «для других». Поэтому и в категориях нравственности более или менее ощутимо подразумеваются и идеально обосновываются либо
те, либо другие.
Отсюда
- многозначность всех нравственных понятий, недоразумения
и конфликты из нее вытекающие. При их выяснении люди обычно идут от частного,
конкретного повода к все более общим принципам, то есть идеальным обоснованиям - к норме удовлетворения идеальных
потребностей, которая представляется каждому обязательной для всех.
Подобно этому в
других гибридных потребностях - этнических - преобладают то побуждения биологической, родственной связи, то требования справедливости как таковой -независимо от кровной близости. В
национально-освободительных движениях, в народных войнах обычно выступает то одно, то другое - то компонент специфически национальный, то преимущественно социальный. Свою
личную веру - убежденность в категорической достоверности того или иного обобщения -
человеку свойственно стремиться обозначить, выразить
сначала для себя; потом - ждать от других сочувствия, согласия, подтверждения; далее - добиваться
признания и
распространения. Здесь норма удовлетворения идеальных потребностей перерождается: ее
обозначения, а значит и сама она, делаются средствами подчинения себе людей («для себя») или служения им («для других»). Так возникает общая норма удовлетворения идеальных потребностей.
В ней представления об истине переходят в более или менее стройную систему догматов; догматика - в ритуал и
символические обозначения. Поэтому норма удовлетворяет достаточно широкие слои человеческого общества с идеальными
потребностями разной силы. Самую слабую удовлетворяет формальное выполнение
ритуала и грубые символические обозначения;
более сильную - логическая система принципов; еще более сильную '- самые абстрактные и многозначные представления
об истине. Сила потребности сказывается и на достаточности подкрепляющего норму авторитета - от низшего служителя культа до высшего авторитета какого-либо классического
труда - Библии, Аристотеля...
«Почти
на все мировоззренческие вопросы, - пишет А.П. Каж-дан, - византиец искал ответ в
богословских книгах: здесь обнаруживал он и этический идеал, и учение о
космосе, и сведения
по антропологии - науке о человеке, и политико-экономические максимы, и прежде всего систему взглядов
на Бога и бесконечность, на смерть и бессмертие. Христианство было «всеобщим языком» Византии, как и
всей средневековой Европы, и на этом языке говорили и официальная церковь, поддерживавшая государство, и еретическая
антицерковная и антигосударственная
оппозиция» (ИЗ, стр.131).
Так
создавались многочисленные нормы удовлетворения идеальных потребностей в
различных толкованиях того же христианства.
«Но вместе с тем, - как пишет тот же автор, -практическая деятельность византийцев предлагала
искусное использование
физических законов. Строительство храмов основывалось на совершенном владении навыками механики и акустики» (113, стр.79). В развитии и
совершенствовании практической деятельности, вопреки нормативности в толковании вопросов мировоззрения, можно видеть
главенствование социальных потребностей. (Отсюда и обслуживание их конкретными «деловыми» знаниями).
Но
многообразны также и комбинированные нормы удовлетворения этнических потребностей. В них преобладают то
жестокие
границы национальной принадлежности и пренебре-гается
социальная справедливость, то, наоборот - именно она охраняется, а национальные связи
отступают на второй план.
Тенденции в смене норм
Выше уже шла речь о
том, что между истиной и суеверием нельзя провести незыблемую границу, что суеверия совершенствуются, что среди них есть
полезные человеческому обществу, а есть и совершенно необходимые. Все это относится и к нормам удовлетворения потребностей
идеологических и этнических.
В их рационально-рассудочной стороне обнаруживается их зависимость от социальных потребностей, со
стороны
идеальной они обосновываются верой в непреложную истину, а со стороны биологической
обходятся без обоснований -обоснования подразумеваются.
|
|
|