К.Маркс
так сформулировал общеизвестное: «Относительно искусства известно, что определенные периоды его
расцвета не стоят ни в каком
соответствии с общим развитием общества, а следовательно, также и развитием материальной основы
последнего, составляющей как бы скелет его организации. Например, греки в сравнении с
современными народами илитот же Шекспир» (180, т.1, стр. 134). Это же утверждал и А.С.Пушкин в предисловии к «Евгению
Онегину» * :
«Век может идти
вперед, и науки, философия и гражданственность могут усовершенствоваться и изменяться, но
поэзия остается
на одном месте: цель ее одна, средства те же. Поэтическое произведение может быть слабо,
неудачно, ошибочно: виновато уж верно дарование стихотворца, а не век, ушедший от него
вперед. Произведения великих поэтов остаются свежи и вечно юны; и между тем, как великие
представители старинной астрономии,
физики, медицины и философии один за другим стареют и один другому уступают
место, одна поэзия остается на своем неподвижно и никогда не теряет своей младости».
Во
введении к «Всеобщей истории искусств» М.В.Алпатов пишет: «Истинное искусство, говорит
старинная поговорка, всегда у своей
цели. Все то, что в жизни имеет лишь относительное историческое значение, претворяется в искусстве
в ценности,
которые переживают их создателей, нередко живут века.
<...> Ни один из великих мастеров, ни одно из художественных направлений прошлых веков не
может быть признано
абсолютной нормой художественного, но каждая ступень в развитии искусства, каждая вековая
эпоха художественного расцвета открывала новые стороны этого абсолютного художественного идеала и поэтому
представляет непроходящую ценность для всего человечества» (8, стр.27-28). И далее: «Одним из
решающих критериев оценки художественных явлений в истории искусства служит степень их плодотворности, степень их исторического воздействия.
Несомненно, в истории искусства почетного места заслуживают художественные явления, оказавшие непосредственнее
влияние на современников. (Правда, многие шедевры были по достоинству оценены лишь в новейшее время; таковы мемуары
Сен-Симона, пролежавшие под спудом двести лет; искусство Жоржа де ла Тура, «открытое» лишь в
недавнее время; в некоторой степени это относится и к Рембрандту). На следующей, более высокой
ступени ценностей
лежат явления, оказавшие глубокое воздействие не только на современников, но и на ближайшее потомство. Наивысшей оценке подлежат такие
художественные явления, которые
оказали влияние не только в окружении, но и стали достоянием всего человечества» (8,
стр.30-31).
* В виду имеется
неосуществленное пушкинское предисловие (датированное 1830.Х1.21) к отдельному
изданию двух последних глав «Евгения Онегина». - Прим. ред.
Непосредственные
впечатления говорят о том же. Произведения, созданные в разные тысячелетия человеческой истории,
не уступают
друг другу в совершенстве. При этом даже в реалистическом правдоподобии некоторые произведения скульптуры ХУ1П-Х1Х вв. предстают близкими
реализму египетского мастера
четвертого тысячелетия до нашей эры. «Бюст Нефертити, - пишет Н.П.Акимов, -
возрастом в тридцать четыре века в гораздо большей степени является для нас современным произведением, чем салонная
живопись XIX в.
Еще
разительнее судьба произведений, которые уже в момент своего создания являются сильно
устаревшими. Так обстоит дело в тех случаях, когда художник руководствуется принципами и методами, извлеченными из
плохого и устаревшего
искусства. Пример. Если современный живописец начнет слепо подражать работам прошлых веков, его картины устареют
уже в тот момент, когда он грунтует для них холсты» (4, стр.326).
А вот заметка из
дневников М.Пришвина: «Тайная современность рассказа о несовременных вещах является, может быть, пробным камнем истинного
творчества» (220, стр.8).
Произведения
искусства могут обладать, следовательно, ни с чем не сравнимым долголетием и
служить удовлетворению потребностей множества людей в течение тысячелетий. Они, значит,
вызывают богатые ассоциации у воспринимающих, хотя
эти воспринимающие отстоят один от другого на таких расстояниях, что, казалось
бы, у них не должно быть ничего общего. Общее, следовательно, есть. Оно должно
заключаться в
неизменяющейся потребности, если она удовлетворяется тем же неизменным средством чуть ли не всю
историю человечества.
Но ведь и вода утоляет жажду всех людей и во все времена во всевозможных разновидностях (от ключевой до пива и кока-колы), потому что неизменна потребность в ней, как в кислороде, белках, жирах,
углеводах...
|
|
