«Всякому человеку, — писал И. С. Тургенев в письме к Л. Н.
Толстому, — следует, не переставая быть
человеком, быть специалистом; специализм исключает дилетантизм... а дилетантом
быть — значит быть бессильным» (148, т.12. стр. 295).
Режиссер, можно сказать, связан с «борьбой»
тройными узами: как человек и гражданин, участвующий в борьбе идей и
мировоззрений (это — борьба в самом широком смысле); как читатель и толкователь
драматического конфликта и сюжета драмы (здесь он имеет дело с борьбой в более
конкретном смысле); и, наконец, — как строитель борьбы в работе с актерами (это
— борьба в самом конкретном смысле). Специалистом его делает только эта
последняя связь, но он будет только ремесленником, если ограничится ею. «Двух
вещей нужно остерегаться всеми силами: когда ограничиваешься своей
специальностью — окостенение; когда
выступаешь из нее — дилетантизм» (Гете).
Г. А. Товстоногов характеризует сушествующее в
наше время положение режиссуры беспощадно строго: «Никакая другая профессия не
дает такого простора для дилетантизма, как профессия режиссера. Это вытекает из
самой природы искусства театра, искусства коллективного.
В какой еще области может так случиться, чтобы
средней интеллигентности и культуры человек, появившись в профессиональном
коллективе, мог оказаться «на высоте положения»? А если он к тому же поднаторел
в театральной терминологии, если он в курсе момента и конъюнктуры, то в общем
ему довольно не сложно выглядеть режиссером. В самом деле: хорошая пьеса,
хорошие артисты, хорошо разошлись роли, художник создал довольно правдоподобный
фон для действия, в процессе работы — видимость руководства всеми этими
компонентами и в довершение всего — успех. Но при чем тут профессия? И по какому праву можно называть это искусством,
образным проявлением художника? А критик еще, пожалуй, разберет все это с
позиций высокого искусства. И средний интеллигентности человек, оказавшийся во
главе творческого коллектива, с удовольствием прочтет, что ему удалось с точки
зрения образного решения, что не удалось, и придет к полной уверенности, что он
приобщился к искусству. И не просто приобщился, но и руководит им.
Есть искусства, в которых сразу же становится
очевидным отсутствие профессионализма; скажем, изобразительное искусство,
искусство пианиста или связанное с опасностью для жизни искусство акробатики. А
в нашей профессии можно прожить жизнь, так и не став художником, и при этом
даже получать звания» (144, стр.39) {146).
Я думаю, что Г. А. Товстоногов прав. Но
положение не безнадежно. Все приходит в свое время. Сегодняшнее состояние
режиссерской профессии укрепляет, скорее, в оптимизме — необходимость
самоопределения режиссуры очевидно назрела. Это, в сущности, и утверждает Г. А.
Товстоногов.
Искусство режиссера можно уподобить искусству портретиста. Как портрет невозможен без
портретируемого объекта, так спектакль невозможен без пьесы. В романе «Лотта в
Веймаре» Томас Манн говорит о портретистке мисс Казл: «Видимо, ее талант был
недостаточно велик, чтобы не искать поддержки в сенсационности объекта; живость
же и практическая сметка слишком велики, чтобы удовлетвориться терпеливым
совершенствованием своего искусства. Потому ее вечно видели в погоне за
звездами» (89, т.2, стр.390). Так и режиссеры иногда гоняются за сенсационными
пьесами (например, классическими), стремясь к «самовыражению» и пренебрегая
«терпеливым совершенствованием своего искусства».
Рембрандт увековечил неизвестных старика и
старуху; Евг. Вахтангов составил эпоху в истории театра, поставив «Принцессу
Турандот» — пьесу, не обладающую исключительными достоинствами. А. Д. Дикий
говорил, что можно поставить арифметическую задачу, но для этого нужно быть
гениальным режиссером... В живописи все это нагляднее. Известны портреты А. А.
Ахматовой художников К. Петрова-Водкина, Н. Альтмана, Ю. Анненкова, С. Сорина,
Н. А. Тырсы. Ни один из них не похож на другой, но ни один не грешит против
натуры; в каждом бесспорно и очевидно охвачено сходство. Каждый портретист
увидел в ней то, чего не увидел другой; один увидел больше, другой меньше — как
на чей взгляд, кто чем интересуется и что ищет.
|
|
|