На репетиции овладеть наступлением актеру
бывает обычно тем труднее, чем в большее число отдаленных предлагаемых
обстоятельств ему нужно поверить, чтобы это наступление вести. Наступать как
угодно — лишь бы наступать! — самое легкое. Наступать с учетом многих, разных и
отдаленных обстоятельств — самое трудное. Тут хочется прибегнуть к сравнению:
наступать — это двигаться, идти; предлагаемые обстоятельства — груз, который
при этом нужно нести. Чем больше поклажа, тем труднее везти повозку. Но бывает,
что режиссер, сваливая в одну кучу предлагаемые обстоятельства разной
значительности, все нагружает и нагружает ее, полагая, что она стоит на месте
потому, что мало загружена; а бывает, что он вообще не озабочен тем, что на ней
лежит, — лишь бы мчалась куда-нибудь...
Если продолжить эту аналогию, то самым
«тяжелым грузом» на инициативности бывает обычно «дружественность» в сочетании
с «силой». Значительно легче «дружественность» в соединении со «слабостью» и
«сила» в соединении с «враждебностью». Это обнаруживается в том, что, когда вы
добиваетесь от актера «силы», он либо теряет в наступлении настойчивость, либо
делается «враждебным» партнеру, а когда вы достигнете «дружественности», он
теряет «силу». (Именно сочетания «инициативности» с «дружественностью» и
«силой» наиболее настойчиво и с трудом добивался Вл. И. Немирович-Данченко от
актеров МХАТ на репетициях «Трех сестер».)
Трудность этого сочетания заключается в том,
что предлагаемые обстоятельства, из которых вытекают такие представления о партнере
и о себе, вступают в противоречие с теми, которые требуют инициативности.
(Напомню: «сила» — это независимость от партнера, «дружественность» — общность
интересов с ним; инициативность же требует надобности в партнере и разности целей.)
Поэтому для совмещения всех этих качеств поведения в борьбе нужна точная мера значительности тех предлагаемых
обстоятельств, которые требуют того, другого, третьего. Меру эту обычно найти
труднее, чем поверить в каждое обстоятельство в отдельности, и это сказывается в
том, что, пока она не найдена, актер на репетиции вынужден «пристреливаться» с
недолетами и перелетами, овладевая то «дружественностью», то «силой», то
«инициативностью» в отдельности.
В такой «пристрелке» особенно важна
последовательность. Пределе всего должно происходить «наступление»; нужна,
следовательно, надлежащая
«мобилизованность». Когда «повозка едет», на нее можно подбрасывать все
новую и новую «поклажу», тщательно следя за тем, чтобы она не останавливалась,
и для этого прежде всего убирая с нее все лишнее. При этом «убрать» бывает уже
достаточно, чтобы «нагрузить»; если нет представлений о собственной слабости,
то неизбежно возникают представления о равенстве или о превосходстве в силах,
если нет «враждебности», то неизбежен хотя бы «нейтралитет», в котором —
зародыш «дружественности». Причем в мобилизованности к наступлению уже видны и
сила, и слабость, и дружественность, и враждебность — видно как нужное, так и
лишнее.
Такая работа по усложнению течения борьбы
постепенным осложнением предлагаемых обстоятельств — путем включения все новых
и новых — подобно проходке туннеля одновременно с двух концов. От общего к
частному и от частного к общему; от самых далеких предлагаемых обстоятельств к
самым близким, и наоборот; на средней дистанции наиболее важные из отдаленных
выступают вполне конкретно (зримо, слышимо).
Но с какого-то одного конца эта диалектика
практически должна начаться. На репетиции — это инициативность. Ее не
добьешься, убирая лишнее. Если актеру не удается наступать и приходится прибегать
к облегчению задачи, то остается один путь: разложение сложного наступления на
все более и более простые — добиваться не сразу стремления к отдаленной цели, а
сначала хотя бы на один шаг, к ближайшей, потом на следующий, и так далее, пока
не возникнет инерция. Это путь упрощения и конкретизации задач при помощи
вопроса: что нужно сделать прежде и что потом, чтобы приблизиться к цели. Но и тут принцип проходки туннеля с двух
концов, в сущности, предусматривается, так как выбор самых простых ближайших
целей наступательных действий определяется отдаленной целью и логически
вытекает из нее.
|
|
|