В другом номере “Show must go on” появление двух “Фредди Меркьюри” (студенты С. Монгуш и
Э. Ибрагимов) было решено, как неожиданное появление опоздавшего
исполнителя: “Как уже есть один?!”. Тогда ничего другого не остается, как
демонстрировать, что только я настоящий, а этот, другой, мне мешает. В конце номера второй “Фредди”
ухитряется изловчиться и “вырубить” первого, разводя руки, как бы говоря: “А что было делать?!”
И тот, и другой номер появился на свет
благодаря пробам разных студентов курса на один и тот же персонаж. Хотя
поначалу, многие студенты высказывались, что не надо показывать еще кому-то,
если первая заявка была уже кем-то выбрана.
У некоторых была обида, на то,
что еще кто-то кроме них показывает его героя. Педагоги старались создать на
курсе такую творческую атмосферу, которая способствовала бы поискам разных выразительных средств, актерской конкуренции, состязательности. Если номер “Анжелики” с самого начала
придумывался студентами, как номер с несколькими героинями, (хотя вначале
пробы, естественно, были отдельными), то
номер “Show must go on” получился таким потому, что оба исполнителя в равной
степени предъявили очень интересные заготовки, и только затем педагоги
предложили объединить номера, придумав некий единый сюжет.
Другой номер “Танцующий оперный певец” (студент А.
Быды-Сааган) также начинался с предисловия Вульфа. Он рассказывал историю про
“Леночку” Образцову, которая якобы была на гастролях в республике Тува. В конце рассказа произносилась умопомрачительная
фраза: “Гастроли закончились, Леночка уехала в Москву, так никогда и не узнав,
что в далекой Туве у нее родился сын”. Эта фраза встречалась публикой громовым смехом и аплодисментами.
После небольшого затемнения, на сцене появлялся певец, - высокий, элегантный, в
белой манишке, бабочке. Он начинал петь арию. Руки его взлетали в такт музыке
по-балетному. Он спохватывался, пытался остановить эти движения, и вдруг, ноги
тоже становились “балетными”, - на
полупальцах “певец” выплывал из-за небольшой тумбы. Он делал “батманы”, садился
на шпагат, в конце номера, не заметив, с
размаху “влетал” в стену, и, шатаясь, красиво уходил за кулисы.
Надо
заметить, что приведенные примеры номеров из спектакля “Тувинский метеорит”
выделялись тем, что исполнялись совместно как студентами тувинцами так и
“русскоязычными” студентами. В самом спектакле были и отдельные национальные
номера. Спектакль начинался мужским тувинским танцем с шаманом. Его исполняли
только тувинцы. Также было замечательно интересное соревнование двух
национальных певцов с горловым пением в одном из номеров. И рядом с этим - ансамбли с русскими песнями: разудалую песню “За рекой, за
речкою!” в ярко-красной русской рубахе исполнял тувинский студент Сайдаш
Монгуш; очень-очень тихая поначалу песня
“Ой, вы ветры-ветерочки”, становилась мощной, сильной, казалось, что все
стены гудят в театре, и снова затихала в полушепоте... Эти замечательные работы
вошли в спектакль благодаря усилиям
педагога по ансамблевому пению Н.А. Морозова.
Многие театральные педагоги уделяют спектаклю – концерту своих студентов
исключительно важное воспитательное значение. Так профессор Л.В. Честнокова,
рассказывая о своей огромном педагогическом опыте, отмечает, что учебные спектакли-концерты были на многих
курсам. На курсах В.В. Меркурьева такие концерты были всегда: Он придавал им
большое значение. “Студенты приобретают огромную практику. В концерт обычно
входили работы по смежным дисциплинам:
по танцу, вокалу, движению. Шло все это в форме рассказа - как мы учимся, как
становятся актерами. В концертах были ведущие: или сами студенты, а иногда я
сама вела. Надо сказать, что это
пользовалось большим успехом у зрителей. Ингуши, чеченцы,(1973 г. выпуска),
объездили всю Камчатку, два месяца они
ездили по стройотрядам на Дальнем Востоке. Успех был огромный. Но это возможно
только при условии, если с ними педагог. Очень полезно для них были эти
поездки. Потому что, живя здесь, в 4-х стенах, с утра до вечера в институте… Мы
ходили в музеи, куда-то еще, встречались с интересными людьми, и потом
непосредственная реакция зрителя после концертов – обсуждения, разговоры и т.д. Это было полезно, они росли на
этом. Мы были такого мнения, что если
все правильно задумано и педагог следит за всем, работает подробно со
студентами, то польза от этого большая.
Но обязательно должен быть разбор и обсуждение. Какие ошибки, достижения. Тогда
это учеба, и имеет смысл”.[45]
|
|
|