Вдохновение посещало не всегда. Мочалов не знал клю­чей к нему. Иногда, под влиянием тех или других при­чин, всё пропадало, и в полной беспомощности, в отчая­нии, в бессильной злобе на себя артист всеми средствами старался расшевелить, разгорячить свою равнодушную, апатичную сегодня душу... Он бегал по сцене, кричал, махал руками, бил себя по бедрам... чувствовал, что это скверно, позорно... Но сделать ничего не мог. Что касает­ся психической техники, — он ее не имел. Да о ней тогда никому, за исключением Щепкина, и мысли-то в голову не приходило. Техникой считали (да и теперь считают, не желая идти вперед, а все еще топчась на том же месте, где были и сто лет тому назад) разрабатывание роли по мельчайшим «интонациям», находку всевозможных под­ходящих поз и мимических выразительных движений лица и тела.

Это всё никак не подходило к типу его дарования. Он избегал всех этих мертвящих аналитических и имитатор­ских приемов и, поволновавшись, повдохновлявшись ро­лью, — шел и играл, как бог на душу положит. Иногда по­лучалось, иногда — нет³⁹.

У Ермоловой были уже и ключи к себе, т. е. техника в нашем понимании слова. И, по-видимому, большая. Про­валов у нее не было.

Случались нелюбимые роли, которые ее не трогали, бы­ли ей чужды, — они и игрались без того одушевления, кото­рое сопровождало всегда при исполнении любимых ролей.

Что это была за техника — об этом потом, в специаль­ных отделах. Важно то, что техника уже появилась.

Следует отметить, что в комедии техника была и рань­ше, а здесь она появилась и в трагедии.

Озарение и вдохновение, в искусстве ли, в науке ли, никогда не приходит так: ни с того ни с сего. Оно всегда следствие огромной предварительной подготовительной, может быть, и незаметной даже, работы. И только диле­тант или бездарность, лишенная верных (позволю себе так выразиться) инстинктов творчества, не чувствует этой зависимости между трудом и вдохновением. И, в жалкой простоте души своей, требует сошествия на себя святого духа; так: без всякой причины... потому что ей это сего­дня было бы удобно и приятно.

В. Гений и его враги

Когда делается маленькое усовершенствование или не­большое открытие, то наградой за это бывает обычно пол­ное признание, а иногда и возвеличение человека.

Когда же усовершенствование и открытие настолько велико, что колеблет все старые основы и перевертывает вверх ногами все прежние взгляды, — тогда изобретателю, ученому, философу и художнику — одно горе. А часто — гонение, тюрьма и смерть. Галилею — тюрьма, Джордано Бруно — костер. Коперник сохранил себе свою жизнь толь­ко тем, что терпеливо хранил про себя свое опасное «ере­тическое» открытие. Он прекрасно знал, что не солнце хо­дит кругом нас, а мы вертимся волчком около него. Но бла­горазумно придержал эту смертоносную истину. Ее обнародовали, согласно его завещанию, только после его смерти. Отлучали от церкви, проклинали богоотступника... но теперь это уже ему было безразлично. Первому возду­хоплавателю за дерзкую, богопротивную затею отрубили голову: «Не летай, аки журавль!» Колумб, за всё про всё, окончил свои дни в пренебрежении, в нищете и болезни.

Изобретателей всегда ожидало бедственное существо­вание, изгнание, тюрьма за долги и бесславная смерть.

А художники... Бетховен умер в нищете, Моцарт — тоже (неизвестно даже, где его и могила), Паганини был изгнан не только из своей родины, а отовсюду. И даже после его смерти гроб с его останками 50 лет скитался по Европе — нигде не хотели погребать его... А признанный и возвели­ченный при жизни художник Микеланджело в разных письмах своих в 1507 — 1547 гг. вот как описывает радости своего существования: «У меня нет времени на еду... Вот уже двенадцать лет, как я изнуряю свое тело работой, нуждаюсь в самом необходимом... у меня нет ни гроша, я гол, я испытываю массу страданий... Я живу в нищете и страданиях... борюсь с нуждой...»⁴⁰

У нас теперь в нашем отечестве открыты все пути, все дороги новому: каждое открытие, изобретение, каждое со­вершенное художественное произведение — словом, всё, име­ющее значение и цену для человечества или для отечества, — встречает огромное сочувствие, поощрение и помощь.

Актеры

Режиссеры

Композиторы