О чудесных, вдохновенных взрывах мы уже говори­ли, — здесь придется говорить о неудачных.

Ведь что такое — «взрыв» аффективного? в его душе есть особо ранимые точки. (Иногда они возникают от од­ного катастрофического удара — раз и на всю жизнь; ино­гда — от тысячи мелких уколов.) Точки эти невыносимо болезненны. Дотронься до какой-нибудь из них, и — взрыв.

Такой, например, болезненной точкой в душе Дузе бы­ла оскорбленная, растоптанная любовь. Как только ее за­девали, — Дузе делалась сама не своя: со дна души ее на­чинали бить фонтаны таких сильных страстей, что и акт­риса и роль выходили из своих берегов и затопляли всё.

Дузе, Ермолова, Олдридж умели гармонизовать свои взрывы и вовремя направлять их, куда нужно. Но мы знаем трагиков, которые по тем или иным причинам не мог­ли или не умели управлять своим темпераментом, и полу­чалось так, что их «заносило» в самых неожиданных и для пьесы совершенно несущественных местах. Выпалит на эти незначительные места в первом же акте такой аффек­тивный актер всю сегодняшнюю энергию, а на сильные кульминационные места ее и нет больше. И получается ка­кая-то задом наперед сыгранная пьеса.

Или в комедии, на каком-нибудь чувствительном месте его так разорвет некстати, что пьеса совершенно изуроду­ется и предстанет перед зрителем с трагическим флюсом...

Вообще аффективный — актер с большими сюрпризами.

Однако эти только что описанные неприятности — еще сравнительно небольшое зло. Куда большее зло пред­ставляют из себя, если можно так выразиться, «внутрен­ние взрывы», взрывы, которые не находят себе наружно­го выхода.

Коснется, например, кто-нибудь болезненной точки в душе аффективного, — у того в ответ забурлит все вну­три! Да так внутри и останется... человек затрясется, по­белеет, как полотно, задыхается, не может сказать ни од­ного слова (или говорит совсем не то, что хочет), лицо его подергивается судорогами... Минуты такого внутреннего пожара могут стоить нескольких лет жизни... Простодуш­ный обыватель о таких людях обычно судит очень просто: «чересчур нервный... надо лечиться...»

Ни для жизни, ни для сцены такой внутренний взрыв, сами понимаете, не удобен. Если подобный случай проис­ходит с актером на спектакле, то вот и провал. Раньше на репетициях или, может быть, и на спектаклях сцена шла хорошо, а сегодня — закрылось, сжалось — ничего нару­жу: всё сгорело внутри!

А после всего этого — разбитость, усталость, отчаяние и безнадежность.

Таким образом, главное, чем отличается аффективный актер от других, это — взрывчатость. Но кроме взрыв­чатости и особой чувствительности (ранимости) он обла­дает, как это ни странно, и прямо противоположными ка­чествами: ледяной холодностью, мертвенной нечувстви­тельностью и даже тупостью.

У него всё зависит от его внутренней жизни: сегодня он открылся, как цветок навстречу солнцу, и всё его вол­нует, все попадает ему в самое сердце, — он готов любому встречному, как говорится, отдать свою последнюю рубаш­ку, если тот нуждается в ней. А завтра — цветок закрылся, и до сердцевины его ничего не доходит, в самом пекле сра­жения он остается холоден и безучастен.

Очень странно. Ни с чем, как будто, не сообразно. Но это так. Чрезвычайно чувствительный и легко ранимый, тот, кого малейшее прикосновение доводит до исступления, и вдруг?. . там, где вы ждали от него неистовства и взрыва, по какой-то совершенно вам непонятной причине — холо­ден, спокоен, ничего не чувствует и ничего не понимает!..

Объясняется это, однако, очень просто. Взрываться по всякому важному и неважному поводу... хорошо ли это? Выдержит ли это самая здоровая из здоровых психика?

И вот психика начинает сама защищать себя от черес­чур опасных переживаний: она скрывается под стеклян­ный колпак. Человек хоть и видит всё, но не слышит и не ощущает. Его это не трогает, скользит мимо и никаких ран нанести не может.

Но можете себе представить безвыходность положения актера, когда колпак этот накрывает его во время спектакля! Хуже ничего не придумаешь! Вдруг, ни с того ни с сего, то, от чего он вчера волновался, сегодня до него совершенно не доходит, как будто бы его это никак и не касается, — он холоден и туп... И так, и этак!.. Ничего не помогает!..

Актеры

Режиссеры

Композиторы