Контактная информация
Школа актерского мастерства и режиссуры

Санкт-Петербург
E-mail:


Наши партнеры

Поиск по сайту

Что это? Не похоже ли это на театр? Ведь я не про­сто рассказываю, — я «разыгрываю» перед слушателем всю сцену.

Это «разыгрывание» — уже театр. Первые примитив­ные ростки театра.

«Разыгрывание» это состоит из двух процессов (и оба процесса протекают во мне единовременно) — один: я вспо­минаю, как было, и рассказываю, а другой: я слежу за слу­шателем — за тем, кому я рассказываю: видит ли он то, что я хочу, чтобы он видел? Понимает ли он всё, что про­исходило? Доходит ли до него?

Следующий этап: мы вдвоем можем разыграть виден­ную нами сцену. Один будет изображать одно, другой — другое «действующее лицо».

Это часто встречается в жизни. Например, надо опи­сать, как произошли драка или падение, — один этого так не расскажешь, а берешь кого-нибудь со стороны и гово­ришь: встаньте вот так... наклонитесь... я подкрадываюсь сзади... толкаю вас... вы падаете вот так-то... я навалива­юсь на вас так-то и проч.

Что это? Это уже несомненный театр. Это представле­ние, разыгранное в лицах.

И, делая свое дело, показывая, как все произошло, — я слежу за тем, кому я рассказываю: понятен им мой рас­сказ или нет?

Вот то же самое — желание рассказать зрителям какую-нибудь занятную или нравоучительную историю — толка­ет и актера на его актерское дело. А чтобы история эта бы­ла понятнее и интереснее, актер рассказывает ее не один, а собирается их несколько, и они «рассказывают в лицах».

* * *

Как будто бы это и всё.

Но нет. Само театральное дело, самые условия выступ­ления актера перед публикой в той или другой роли таят в себе зародыш совершенно нового и прямо противополож­ного процесса.

Начали с того, что захотели «изобразить», «показать», да вдруг незаметно для себя и увлеклись ролью. Настолько увлеклись, что забыли и про публику (перестали следить, «доходит или не доходит» до нее), и про то, что надо «изоб­ражать», а просто почувствовали себя действующим лицом.

Может быть, это забвенье длилось всего каких-нибудь четверть минуты, но оно было... Актер опомнился, очнул­ся... может быть, сконфузился: как это случилась такая оплошность?!

Оказалось, однако, что беды от этого никакой не про­изошло, что это место, проделанное с таким увлечени­ем, — оно-то именно и произвело наибольшее впечатле­ние на смотрящих.

Вот начало другого театрального принципа и другого сценического актерского прицела.

А вместе с этим, естественно, и другой «техники» ак­терского творчества.

Оказывается, так следить за каждым движением, за каж­дым взглядом публики и не обязательно. Публика и так достаточно хорошо разбирается во всем. Даже наоборот: она одобряет больше всего именно те места, где «актер» забывался, увлекаясь ролью. Там и публика забывалась, увлеченная актером!

Так наметилось расхождение путей.

Те актеры, которым свойственно увлекаться и входить в роль до некоторого или полного самозабвения, — пош­ли, само собой, по этому второму пути. А те, которым это увлечение не свойственно или свойственно в малой степе­ни, остались на той первой ступени изображалыциков-имитаторов.

Но, конечно, и те и другие в своей сфере, на своем пу­ти стали усовершенствовать и свое дело, и свою технику.

Сюда входит огромная работа театральных художников.

Сюда входит искуснейшее подражание шумам — ветер, дождь, гром, поезд, выстрелы и пр. и пр.

Сюда относится и хитроумное освещение, которое со­здает на сцене по желанию — день, вечер, ночь, заход и восход солнца, пожар, вспышки молнии, канонаду и пр.

К этому же следует отнести искусство грима и костю­ма, делающее людей худыми, толстыми, горбатыми, ста­рыми, молодыми, красивыми, безобразными и пр. и пр.

И, наконец, сюда же следует причислить и усовершен­ствованное мало-помалу искусство изображалыцика-актера — ловко копировать жизнь.

Станиславский называл таких изображалыциков — «представлялыциками», — они не живут на сцене, не увле­каются, а «представляют», внешне копируют жизнь. Одни копируют ее очень тонко — искусно (такие могут обмануть зрителя, и он иногда думает, что они «переживают»). Дру­гие копируют грубо, не заботясь об обмане. Но смысл — один и тот же: копируют, а не живут. Имитируют жизнь.

Читать далее...

Актеры
Режиссеры
режиссеры
Композиторы
композиторы