Для этого, в первую очередь, — нужна верная школа, верный путь, найденный и разработанный специалистами этого дела.

Второе — нужен исключительно зоркий преподаватель, от орлиного глаза которого не укроется ни одна ошибка.

Третье — чуткость и педагогичность этого преподава­теля; а то, видя своим зорким глазом одни недостатки и беспрестанно указывая на них, он может только запу­гать ученика и отбить всякую охоту к работе.

Зоркость его должна распространяться не только на ошибки, но и на удачи, на способности и на таланты уче­ника (скрытые иногда так глубоко, что их как будто бы и нет совсем).

Если же такого преподавателя, какой здесь описан, нет под руками, — надо иметь свой собственный прибор в ду­ше — нечто вроде своеобразного ватерпаса, который ука­зывал бы малейшие отклонения от верной ватерлинии. Иметь и всё время слушать его.

Это приспособление не худо иметь даже и при хоро­шем преподавателе. Впрочем, хороший-то в первую оче­редь и заботится о том, чтобы развить в ученике такой ва­терпас.

Четвертое — нужна огромная, из ряда вон выходящая трудоспособность. Преподаватель может только направлять ученика. А главное — самостоятельная домашняя работа.

Причем работа эта может быть и пылкая, и вдохновен­ная, но может быть и более спокойная. Рассчитывать на­до не на пылкую, а на ежедневную, планомерную, буд­ничную работу. Не гнаться за подъемами и творческими восторгами, а действовать по принципу: «капля по капле и камень долбит». Работать, работать и работать! спокой­но, неотступно, не доводя себя до истощения и переутом­ления... Как качается маятник, как течет река, как всхо­дит и заходит солнце.

2. Душевная техника актера

А. Техника физическая и техника психическая

Слово «техника» в большом ходу среди актеров. Часто слы­шишь: «он играет на технике». Это значит: играет меха­нически, не волнуется, не увлекается тем, что на сцене, а только ловко обманывает, делает вид, что «переживает», что «чувствует». Вот это уменье обмануть при помощи внешних приемов — движения, деланой мимики, заученных интонаций — и носит у актеров название техники.

Это допустимо, конечно, но это однобоко. Кроме этой внешней, грубой техники, есть и другая: внутренняя, пси­хическая. А если перевести на русский язык (психея — ду­ша), то получится такое, хоть и странное, но вполне точ­ное название: душевная техника.

Причем если хорошенько всмотреться, то видно будет, что внутренняя техника неотделима от внешней — психо­техника от физиотехники. Попробуйте, отделите физиче­ское от психического, даже в таком простом как будто бы акте, как равновесие Стеши или шарики Каро. Неизвест­но, чего тут больше.

А у актера тем более: с одной стороны — должна быть тончайшая чуткость и отзывчивость на все слова и все впе­чатления, получаемые от партнеров на сцене, а также от­дача себя любой мысли, — с другой: такая свободность и по­слушность всех мышц тела, лица, гортани, дыхания и проч. — чтобы все реакции нигде не задерживались, чтобы все чув­ства, все мысли, все душевные движения могли отражать­ся на лице, на голосе, на позе, на движениях рук, ног и все­го тела... Словом, чтобы всё было и видимо и слышимо.

Это гармоническое развитие, к сожалению, приходится наблюдать чрезвычайно редко. Если с одним более или менее благополучно — почти всегда неблагополучно с другим.

Чаще всего отстает психотехника — техника душевная. Потому-то именно большею частью и играют на преслову­той «внешней технике», что совершенно не владеют ду­шевной.

Да ведь откуда же и получить эту власть? Ни в теат­рах, ни в театральных школах этому не учат. Там учат так называемому «актерскому мастерству». Заключается это обучение в преподавании более или менее сложной теоре­тической части. Тут говорят и о правде, и об искреннос­ти, и о прочих хороших вещах... Но теория эта — нечто вро­де прописной морали — так и остается только «теорией». А главное, там учат «практике». Это означает прививку це­лого ряда механических имитаторских навыков. Они не име­ют своей целью привести актера к творческому состоянию, а тем более — вдохновению. Они куда лучше; они, видите ли, надежнее для «профессиональной работы» на сцене — никогда не изменят, от настроения не зависят, всегда к ус­лугам и легче легкого поддаются развитию.

Актеры

Режиссеры

Композиторы