5. На ступенях искусства

Третья    ступень.    Режиссура    как    художественная критика   ощутима   в   тех,   относительно   редких,   спектаклях, когда сверхзадача «сквозит» в поведении каждого, или хотя бы большинства действующих лиц. Если их сверхзадачи взаи­мосвязаны и взаимообусловлены - в них присутствует режис­сура. А так как в тексте пьесы сверхзадачи только подразу­меваются и могут быть поняты по-разному, то в их каче­ственной определенности режиссура выступает как художе­ственная критика пьесы, как ее толкование.

Сверхзадача реализуется в сквозном действии - ее видно в логике исполнения ролей в объеме всей пьесы в целом. По­этому, если в поведении того или другого актера и появляют­ся погрешности или пробелы, то уж никак не в моменты кру­тых поворотов сюжета. Наоборот - в такие моменты сверхза­дача с наибольшей полнотой и ясностью обнаруживается. Она может скрыться за другими интересами и даже затеряться среди них, когда ей ничто не угрожает, - тогда и погрешнос­ти в поведении актера не играют решающей роли в ее воп­лощении.

Как в реальной жизни иерархия потребностей человека обнаруживается в условиях, требующих выбора одного из возможных, но взаимоисключающих путей, так же строй и состав сверхзадачи персонажа пьесы, ее смысл и- содержание воплощаются главным образом в том, какие именно события служат основанием исполнителю принимать какие именно решения - сколь значительные и для него самого и для тех, кто его окружает.

В установлении этих событий режиссером (а значит, в их оценке и понимании сюжета пьесы в целом) может содержать­ся больше или меньше субъективного - того, что определяет сущность данного художественного толкования пьесы. Режис­серу предстало наиболее новым, удивительным и значитель­ным, может быть, то, что не представляется таковым боль­шинству читателей и даже самому автору. «Ведь не раз быва­ло, - как пишет Ю. Юзовский, - что художник сказал своим произведением нечто даже противоположное тому, что он думал сказать, и, случалось порой, он последним узнавал о том, что он, собственно, сказал» (335, стр.369). В сущности, только в тех случаях, когда режиссер увидел пьесу и ее сюжет по-новому, он выступает как художник.

Поэтому на «третьей ступени» режиссуры его отношения с пьесой должны быть сложными. Он борется с пьесой, добива­ясь единства в том, что, с одной стороны, дано текстом и что, с другой стороны, он увидел в нем. Это искомое единство подобно соглашению в тяжбе, рассмотренной в предыдущей главе: согласен ли он, текст, быть аргументацией действующих лиц в преследовании ими целей, вытекающих из потребностей, как они установлены режиссером? Или: согласен ли режиссер верить высказываниям действующих, как они даны в тексте, определяя их потребности?

Эти «договаривающиеся стороны» могут быть более или менее требовательны и настойчивы. Бывают сговорчивые и несговорчивые и пьесы и режиссеры. В этой сговорчивости мастерство режиссера подобно, вероятно, мастерству диплома­та; оно - в сочетании настойчивости с гибкостью. Настойчи­вость - сила потребности; гибкость - в ее вооруженности, т.е. в профессиональной квалификации.

Настойчивость режиссера - толкователя пьесы - во вне­дрении в композицию борьбы своих собственных представле­ний о человеческой душе, о том, что она такое, что в ней наиболее существенно, что в ней истинно и что ложно; гиб­кость - в умении находить соответствующие обоснования в тексте пьесы.

Сговорчивость режиссера - в приспосабливании своих представлений о человеческой душе к тому, что он находит в пьесе и что не сходится с этими представлениями, в готовнос­ти варьировать их, уточнять, упрощать или осложнять - в том или в другом отступать от своих предварительных пред­ставлений, совершенствуя их, подчиняться чужим. Такая сго­ворчивость необходима режиссеру, если он - толкователь всей пьесы в целом и заинтересован не только в подтверждении своих наличных представлений, но и в уточнении их, в исти­не, какова бы она ни была, - если его догадки служат ему лишь предположением-предчувствием и он ищет доказатель­ства им только потому, что ищет истину. («Искусство в себе, а не себя в искусстве» — по выражению К.С. Станиславского.)