К.Маркс так сформулировал общеизвестное: «Относительно искусства известно, что определенные периоды его расцвета не стоят ни в каком соответствии с общим развитием общества, а следовательно, также и развитием материальной основы последнего, составляющей как бы скелет его организации. Например, греки в сравнении с современными народами илитот же Шекспир» (180, т.1, стр. 134). Это же утверждал и А.С.Пушкин в предисловии к «Евгению Онегину» * :

«Век может идти вперед, и науки, философия и граждан­ственность могут усовершенствоваться и изменяться, но поэзия остается на одном месте: цель ее одна, средства те же. Поэти­ческое произведение может быть слабо, неудачно, ошибочно: виновато уж верно дарование стихотворца, а не век, ушедший от него вперед. Произведения великих поэтов остаются свежи и вечно юны; и между тем, как великие представители ста­ринной астрономии, физики, медицины и философии один за другим стареют и один другому уступают место, одна поэзия остается на своем неподвижно и никогда не теряет своей мла­дости».

Во введении к «Всеобщей истории искусств» М.В.Алпатов пишет: «Истинное искусство, говорит старинная поговорка, всегда у своей цели. Все то, что в жизни имеет лишь относи­тельное историческое значение, претворяется в искусстве в ценности, которые переживают их создателей, нередко живут века. <...> Ни один из великих мастеров, ни одно из художе­ственных направлений прошлых веков не может быть призна­но абсолютной нормой художественного, но каждая ступень в развитии искусства, каждая вековая эпоха художественного расцвета открывала новые стороны этого абсолютного худо­жественного идеала и поэтому представляет непроходящую ценность для всего человечества» (8, стр.27-28). И далее: «Одним из решающих критериев оценки художественных явле­ний в истории искусства служит степень их плодотворности, степень их исторического воздействия. Несомненно, в истории искусства почетного места заслуживают художественные явле­ния, оказавшие непосредственнее влияние на современников. (Правда, многие шедевры были по достоинству оценены лишь в новейшее время; таковы мемуары Сен-Симона, пролежавшие под спудом двести лет; искусство Жоржа де ла Тура, «откры­тое» лишь в недавнее время; в некоторой степени это отно­сится и к Рембрандту). На следующей, более высокой ступени ценностей лежат явления, оказавшие глубокое воздействие не только на современников, но и на ближайшее потомство. Наивысшей оценке подлежат такие художественные явления, которые оказали влияние не только в окружении, но и стали достоянием всего человечества» (8, стр.30-31).

* В виду имеется неосуществленное пушкинское предисловие (датирован­ное 1830.Х1.21) к отдельному изданию двух последних глав «Евгения Онеги­на». - Прим. ред.

Непосредственные впечатления говорят о том же. Произве­дения, созданные в разные тысячелетия человеческой истории, не уступают друг другу в совершенстве. При этом даже в реалистическом правдоподобии некоторые произведения скуль­птуры ХУ1П-Х1Х вв. предстают близкими реализму египетско­го мастера четвертого тысячелетия до нашей эры. «Бюст Не­фертити, - пишет Н.П.Акимов, - возрастом в тридцать четы­ре века в гораздо большей степени является для нас совре­менным произведением, чем салонная живопись XIX в.

Еще разительнее судьба произведений, которые уже в мо­мент своего создания являются сильно устаревшими. Так об­стоит дело в тех случаях, когда художник руководствуется принципами и методами, извлеченными из плохого и устарев­шего искусства. Пример. Если современный живописец начнет слепо подражать работам прошлых веков, его картины уста­реют уже в тот момент, когда он грунтует для них холсты» (4, стр.326).

А вот заметка из дневников М.Пришвина: «Тайная совре­менность рассказа о несовременных вещах является, может быть, пробным камнем истинного творчества» (220, стр.8).

Произведения искусства могут обладать, следовательно, ни с чем не сравнимым долголетием и служить удовлетворению потребностей множества людей в течение тысячелетий. Они, значит, вызывают богатые ассоциации у воспринимающих, хотя эти воспринимающие отстоят один от другого на таких расстояниях, что, казалось бы, у них не должно быть ничего общего. Общее, следовательно, есть. Оно должно заключаться в неизменяющейся потребности, если она удовлетворяется тем же неизменным средством чуть ли не всю историю человече­ства. Но ведь и вода утоляет жажду всех людей и во все времена во всевозможных разновидностях (от ключевой до пива и кока-колы), потому что неизменна потребность в ней, как в кислороде, белках, жирах, углеводах...