Контактная информация
Школа актерского мастерства и режиссуры

Санкт-Петербург
E-mail:
Пишите вопросы и предложения

Наши партнеры

Поиск по сайту

Но больше всего становится ясным для всякого специ­алиста (как подлинного, так и поддельного), что не в этом «жульничестве» сущность и корень нашего искусства, — когда он попадает на удачный спектакль какого-нибудь ис­тинно великого актера вроде Дузе, Ермоловой, Леонидо­ва (в Мите Карамазове)6.

Честному тогда становится мучительно стыдно: какой же ерундой я занимаюсь! И смею думать, что это искус­ство!.. Ох!..

А нечестный — он вывернется, он скажет: да, хорошо, но это же не искусство — это гений. А ведь то, что я де­лаю, зрители принимают, одобряют... Значит, я делаю верно и хорошо.

А причина, почему он может так рассуждать и почему мы терпим его «искусство», — хотя только что видели дру­гое, настоящее — в этой обманчивости, которая заложе­на в самой природе театра.

5. О «триумфах»

Итак, вся обстановка театрального зрелища вводит зри­теля в заблуждение: она так действует на него, что он ув­лекается всем происходящим на сцене, и дорисовывает от себя то, чего там на самом деле и не было.

Это свое увлечение зритель приписывает актеру — его силе, его таланту и тут же спешит выразить свой восторг перед ним — аплодирует и кричит: «браво!»

Эта реакция зрителя в свою очередь вводит в заблуж­дение актера — он думает, что восторги эти и похвалы вполне им заслужены; — очевидно, он прекрасно делал свое дело.

Такое сладостное заблуждение обеих сторон (как акте­ра, так и зрителя) не только никто не пытается разру­шить, — его всемерно поддерживают сознательно и бессоз­нательно.

Начнем с тех анекдотических «триумфов», какие уст­раивают своим кумирам — тенорам — психопатические де­вицы. Стоит ему появиться на сцене или на эстраде, — взрыв рукоплесканий и радостных возгласов! Это восторг встречи. Певец долго не может начать своего выступления, до тех пор, пока не улягутся привычные и приятные для его уха приветствия. После оконченной им арии или ро­манса, конечно, бурные одобрения и бис! После «биса», т. е. повторения, аплодисменты значительно жиже (публи­ка замолкла, остались одни «энтузиастки»). Но тут-то и начинается их старанье: несколько человек, они должны изобразить собою весь зрительный зал, и поэтому каждая должна кричать, шуметь и хлопать по крайней мере за пя­терых. И это им удается. Певец принужден еще раз би­сировать. И так после каждого номера.

К концу же спектакля или концерта, когда близится опасность, что кумир сойдет со сцены и райское блажен­ство созерцания его кончится, — тут начинается нечто не­вообразимое. Психопатки-поклонницы впадают в неистов­ство, как на бесовском радении: ничего кругом они уже не видят и не слышат — только он! лишь бы он не ушел! Словно дело идет о жизни и смерти! Все устремляются че­рез зрительный зал к сцене... Дикие вопли, визг, топанье ногами — целое землетрясение! Если весной или летом — на него обрушивается смерч из цветов: сверху, снизу, сбо­ку — этакий, с позволения сказать, душ Шарко! И через всё это — выкрики своих любимых романсов или арий: пусть споет! Еще, еще — без конца! У артистического подъ­езда, при выходе с концерта, снова овация... А в машине его ждет сюрприз: какая-нибудь наиболее энергичная из поклонниц подкупила шофера, влезла в автомобиль и ждет... лишь бы посидеть несколько минут рядом! Лишь бы проехаться с ним хоть до дома!

А дома! Ежеминутные телефонные звонки. Самому подхо­дить к аппарату никак нельзя — надо иметь специального телефонного дежурного, который бы сумел отличить дело­вой разговор от всех прочих. А всем «прочим» отвечал бы «дома нет». Да и это не достигает цели — всё равно пойма­ют, подстерегут на улице. Уж лучше всего иметь две квар­тиры: на одной жить, на другой числиться. Так и делают.

Всё это описано еще слишком слабо, слишком мягко и бледно. Нужно бы куда более сильное, гневное и издева­тельское перо!

А впрочем... здесь, пожалуй, уместнее бесстрастное, спокойное перо психиатра.

Как ни девчонки, как ни психопатки, — однако, если беспрерывно человек находится под таким обстрелом, ес­ли ежесекундно ему долбят, что он божество, что он един­ственный человек в мире, как не поддаться этому, не свих­нуться, не заболеть самообожествлением?

Читать далее...

Актеры
Режиссеры
режиссеры
Композиторы
композиторы